Страховой жетон

…— У нас тут, знаете, был ещё жетон такой сверху висел, вы знаете про такое?
— Страховой жетон? — Я пытаюсь разглядеть след (обычно после снятия страхового жетона остаётся овал или круг невыгоревшей краски) но ничего не нахожу. 


Женщина — не бабушка, хотя и в годах — остановилась уточнить о причинах фотосъемки. Без существенной заинтересованности, характерной для маленьких городков и деревень, без «наезда», с которым иногда сталкиваешься в городах покрупнее. Просто из интереса. Я рассказал о музее наличников, а она вспомнила про жетон.
— Да, такой старый, выпуклый… Чесались же у кого-то руки, сняли ночью! Страховое общество «Якорь» было. Это, я смотрела, когда Александр I утвердил создание первого страхового общества России! Тысяча семьсот какого-то года, да… И вот это как раз у нас дом был застрахован, понимаете! Я всё, вот так вот, — она поворачивает голову назад, показывая, как выходя из дому, она приглядывала за жетоном, — выходила смотрела, на месте? На месте. Вот сделали и оторвали ночью! А до этого ходила я… Причём потом поняла кто: потому что ходили, стучали пара парней и спрашивали про всё старое, они рога покупали, железо старое, иконы все спрашивали… Ну наверное увидели эту табличку и сняли.
— Ну да, — соглашаюсь, — у таких глаз намётан: знают что сколько стоит…— Так наши резчики даже говорили мне «отдайте нам это» Я говорю нет: пусть прибито и прибито, пусть будет так, чтоб видно старину!— Эх жалко! — сокрушаюсь я, вспоминая, — Мне как-то рассказали, что таким «собирателям старины» сразу надо говорить, что это копия, а оригинал дома лежит. А по хорошему, так и на самом деле заменить…
— Так это тоже деньги — копию сделать… да она уже была старая, коррозия, по ней видно, что старая… Да что… сколько там они могли взять за эту табличку? Вот в музее там была обновленная, но тоже старинная. На музее. Вот в одно время почти у нас сняли.
— С музея тоже сняли?! — такого нахальства я ещё не слыхал.
— Сняли с музея нашего, краеведческого. И они там опубликовали потом, я тоже подписала, что у меня в это же время тоже стащили… 
— Это давно было? — уточняю я, думая, что речь, возможно, идёт о «смутных» девяностых.
— Да вот, недавно! Зимой наверное было это. В 2017-м!
— А так-то дому сколько лет, вы не знаете ли?
— Я интересовалась в БТИ. Он на балансе в БТИ стоит с 1917-го года. Ну как советская власть стала принимать на баланс, всё ставили и его поставили. Но я думаю, может года десятого-четырнадцатого… А может быть ему уже 50 лет к тому моменту было… Но он крепкий! Каменный фундамент, что сказать! — она гордо разводит руками, всем своим видом показывая, что это обо всём говорит. —  И у меня там, знаете, в подвале всё выложено дикарём-камнем. Ну этот… подвал-подпол. Там своды такие высокие — и всё дикарь-камень… Русская печка (уж мы ее конечно сломали, потому что столовую хотели побольше), у русской печки был дикарем выложен фундамент. Он и есть сейчас. И муж у меня… Нанимали мы работников , хотели его разобрать и дикарь выбросить. Так там половая доска — она показывает толщину, сантиметров, наверное в тридцать, — вот такая вот! Я даже не стелю ничего! Ну сто лет, даже по БТИ! Не стелила, ни линолеум, ничего… Там доски просто на полу крашенные. Муж у меня вообще умер, но он хотел, чтоб это оно сохранилось всё. И внуку тоже нравится. «Пусть, — говорит, — бабуля, пусть отстанется!» Все уже повставляли пластиковые окна, а я не хочу. У меня ручки вот эти вот на окнах, дверях, такие знаете, золо́тенькие, медные! Ну потолок у меня двести восемьдесят пять или двести девяносто… вот такие потолки, купеческий дом же! Купеческий. И поэтому я и не хочу… — женщина крутит руками, показывая, насколько она не хочет ничего менять из доставшегося ей… — Там у меня внутри даже, кстати, не дерево, ничего, у меня алебастр, все потолки — лепнина…
— Лепнина даже?! — Я пристальнее гляжу на дом. Заподозрить такое, глядя на него, никак нельзя!
— Лепнина, да, — подтверждает хозяйка. — Вот ещё в доме красивая лепнина, который купца Харитонова. Это потом выяснилось, никто не знал. Ну жили люди, там две квартиры были. Когда делили квартиры, значит, поделили: и в первой половине жили и во второй. Во второй половине у нас жил директор нашего краеведческого музея, а жена у него была из графьев Разумовских. У нас же в Хвалынске граф Разумовский, вот её отец, был судья. И его здание, их дом, находится, вот если проехать туда дальше: сейчас значит один квартал, и вот на следующем квартале. На этой стороне четырехэтажный дом, салатовый сейчас кажется, большой их дом. Кирпичный такой массивный. Там, по-моему, даже есть мемориальная доска какая-то. И их переселили когда после революции, вот дочь осталась, а они масоны были что ли, потому что у нас на кладбище… она была учительницей, моя мама тоже была учительницей, поэтому они дружили. Вот. И это, как сказать… И у них крест, у Галины Николаевны, на кладбище, масонское такое древо с обрубками! И когда… вот в том доме сейчас москвичи живут… и вот когда стали разбирать завалинку, ремонт стали делать (вот у меня кирпичная, а у них она на столбах, им пришлось по новой делать) и нашли там накладную, или закладную, как она там называлась, значит, что какие-то долги, там всё стёрто было, бледно… Ну она эту бумажку отдала в музей и вот узнали, что эта… — у нас тут был купец Харитонов, который имел тут свои тут молочные магазины и всё прочее, торговец… Вот, в общем, тогда только и узнали, что был этот дом его, купца Харитонова.
— А тут много купцов вообще было, не знаете?
— Ой, у нас же купцы торговали всё время. Магазины, лавки были, мясные, молочные… На этой стороне всё перестроено, это всё деревянное было, мы когда в детстве здесь жили… я в Сибири тридцать пять лет отжила и приехала сюда.
— Ого, а где? — удивляюсь я.
— В Кемерово.
— Здорово! Я и там когда-то наличники фотографировал!
— Ну вот, — игнорирует она моё замечание. — И эта… И приехали сюда, купили этот дом. Душа потянула меня сюда. Тут рай блаженный. Климат.. Ну не то, что гораздо лучше, тут вообще рай! Ну я тут выросла, я, как уехала туда после учёбы по распределению, вот там тридцать пять лет отбу́хала. И вот вернулись сюда. Ни разу, ни одного дня не пожалела, что я приехала из Сибири, хотя тридцать пять лет всё-тки там прожила… 


Вопросы соревнуются в моей голове: я хочу её спросить о том, сильно ли поменялся город, о том, тяжело ли далось такое решение, о том, как так вообще бросить всё… Ещё о чём-то… Но «его величество разговор» как всегда выводит на такие детали, о которых я бы и не додумался спросить. 
— Здесь — женщина широким жестом показывает всю улицу, — здесь у нас у многих домов было, во в том доме, в котором Валя живет, были такие, знаете… Крыльцо такое! Здесь были иногда крытые железом, но были резные. И были у всех звоночки такие… двухстворчатые двери были, и были звонки так: деревянный набалдашник и верёвочка. Заходишь в это крыльцо, здесь с обоих сторон лавочки для это… Для господ… для хозяев… Вот так вот дёргаешь, а там внутри колокольчик звенит…
— Дёрни за верёвочку, дверь и откроется! — смеюсь я.
— Да, да! Вот так мы жили!
— Эх, как здорово, я такого уже нигде не застал…
— Но вот сейчас их уже не осталось, сломали все эти крылечки, осталось только литая где резьба… Знаете, у нас в центре, где был у нас овраг и такие вековые деревья, и когда их пилили, чтобы, значит облагородить площадь этой церкви, мы все переживали: там у нас был горсад, парк, мы все туда ходили танцевать в детстве, а там вот такие вековые деревья и их все посрубили и сделали площадь… А рядом с церквью, там комбинат, раньше, в советском союзе, это был консервный комбинат (у нас же кругом сады, яблоки, мы же яблочный край!) Так вот там, кованая арка! Вы её сфотографируйте обязательно! Там такая аллейка небольшая, это комбинат сделал и арка эта.. Старая тех времен ещё. А если дальше поедете, там ещё есть дом старый, кирпичный, купца Немойкина… ой, история тут такая богатая, я вам если всё расскажу, вы сфотографировать до темна ничего не успеете! Ну всё, шагайте-шагайте, столько у вас ещё впереди! 
#ВПоискахНаличников #Хвалынск #СаратовскаяОбласть #ДомоваяРезьба #nalichniki #наличники 

В чем дело

…На крыльце дома курит мужчина в майке, смотрит вроде бы благосклонно. Подхожу ближе.

— Вы не против, наличники ваши сфотографирую?

— В чём дело…— как-то нейтрально отвечает.

— Ну я снять хотел бы, для музея наличников, — показываю фотоаппарат, приподнимая его, чтобы как-то продемонстрировать свои намерения.

— Ну так в чём дело. — словно мантру повторяет он ровно те же слова и задумчиво затягивается.

Я слегка перестаю воспринимать происходящее как реальность и зачем-то в третий раз пытаюсь повторить про причины, побудившие меня приехать в Балашов…

Мужчина уже с нетерпением дослушивает, топит окурок в перламутровой пепельнице и как-то нервно, но наконец развёрнуто отвечает:
— Говорю же: «Пожалуйста, в чём дело!» Снимайте, чего! Нам для гостей города красоты не жалко!

И, привычно поддев ногтями входную дверь безо всяких признаков ручки, исчезает за ней.

Чтобы появиться вновь спустя десять секунд, к тому моменту, как я уже сделаю пару кадров и спросить:

— А это для чего?

ВПоискахНаличников  #СаратовскаяОбласть #Балашов #ДомоваяРезьба  #nalichniki #наличники

Хвалынские оттенки абсурда

Хвалынск, июль, часов шесть вечера. Подхожу к дому с яркими наличниками, возле которого, сидя в полосатом старом шезлонге, дремлет высокий худой мужчина лет сорока, в шортах, майке и тёмных очках. Ладно, думаю, шуметь не буду, сниму и пойду потихоньку. Делаю несколько щелчков затвором и замечаю, что наличники сбоку дома, немного иные. В этот момент мужчина приподнимает очки, и я догадываюсь, что он, возможно, и не спал вовсе.



— А скажите пожалуйста, у вас там сбоку, наличники другие? Вы не знаете почему? — решаю я идти в атаку, раз уж незамеченным остаться всё равно не удалось.

Мужчина низким приятным баритоном, немного не вяжущимся с его худобой, уточняет:
— А вы издалека похоже?

— Из Подмосковья, — говорю.
— Может чаю? — удивляет он меня, и достаёт из под шезлонга табуретку с небольшим чайничком и двумя (что меня в тот момент поражает больше всего) чашками.

От неожиданности я теряюсь с ответом и зачем-то отказываюсь, лопоча что-то про то, что до темна ещё много куда надо поспеть. Мужчина понимающе кивает, и переспрашивает:
— Так что про наличники?

— Я, — говорю, — сбоку отличаются они. Не знаете из-за чего?


Однозначного ответа у меня нет, в разных регионах жители выдавали два варианта. Первый — о том, что фронтальные наличники дороже и сложнее, сбоку дома хозяева часто экономили. А второй — о том, что фронтальные повсеместно заменялись, спустя полвека после постройки дома (где в двадцатые годы, где после войны), а те, что не выходят на улицу, оставляли старыми. Однако ответ моего теперешнего собеседника выдаёт человека умудрённого житейским опытом, много и гораздо глубже прочих размышлявшего по этому вопросу. Он медленно и нараспев, чётко проговаривая все слова произносит:

— Я так понимаю, вообще дом, это прообраз человека. Взять голову: вот у вас же сбоку отличается голова? Там есть уши…

Я не сдерживаюсь, давлюсь от смеха, но через несколько секунд беру себя в руки и спрашиваю первое, что в голову приходит:
— То есть вы думаете, что это связано?

Но собеседника моего такими банальными вопросами с намеченного шутовского тона не собъёшь, он продолжает тем же спокойным лекторским голосом:
— Я вообще не думаю, мне с рождения не дал Бог ума, я, чисто, мыслю. Вот забрасывается мысль и я её толкую…

Тут через приспущенные очки мне на секунду становятся видны его живые глаза с хитринкой и тотчас же, пусть и запоздало, и мне «забрасывается мысль», что он меня попросту троллит. Однако в этот момент лицо мужчины принимает вполне добродушное выражение и он принимается рассказывать.

— Сбоку оно идет более упрощенно, хотя дом стоит вообще-то не лицевой стороной… Он стоит параллельно дороге. Он не то что «вот лицо и выперся», а это боковая сторона. А сделано видите как… Есть Инь и Янь. Одна тонкая, а другая в этом же месте такая вот круглая. Вот он так и этот дом создан, на двух хозяев.

— В смысле? Дом изначально на двух хозяев строился?
— Согласно легенде — да. Для двух сыновей купец такой вот дом организовал. Хотя я здесь только с середины семидесятых годов, и за те времена вообще не могу сказать: я не жил тогда… Но я ничего внутри не менял, только печку разобрал. Хотя ещё чуть-чуть там от печки осталось в подвале. Печка была историческая, очень удивительная, странная. Я узнавал, каменщики таких печек вообще не знают.
— Ух ты! А что с ней не так было?

— Ну обычно… Ну стоит печка, там все устройства внутренние у неё, и потом труба уходит на чердак.
— На чердак? Не на улицу?

— Нет сначала на чердак, потом через крышу и выше. А там, — он машет рукою на дом, — получается, что где труба выходила на чердак, другая половина печи тоже выходила туда же. Непонятное какое-то устройство. Там будто вытяжка какая-то стояла. Там ещё лючок такой был, но этот лючок всегда был заделан тряпками какими-то. Я до сих пор не знаю назначения. Какой-то смысл имело, потому что без смысла какой смысл строить так было?

И неожиданно, без какой бы то ни было паузы:
— У нас тут почти все дома вот как типа моего: были построены на рубеже: то ли начала двадцатого века, или конец девятнадцатого. А до этого вся история, как будто её и не было… Или всё сожгли или что-то приключилось.
— Так, я читал, что город был маленький, а когда построили водохранилище, то есть когда поднялась вода, то сюда поехали изо всех ближайших деревень и город очень сильно вырос, чуть не утроился.
— Ну да, музей Петрова Водкина он последний был, за ним поле было. Были там?

— Да, сходил уже, он меня удивил!

Несколько секунд молчим: я снимаю наличники, дом, цветы перед ним. Мужчина этот так и не встаёт с шезлонга и, в общем, никак не реагирует на мои действия. Но когда я уж было собираюсь отправляться восвояси, вдруг спрашивает:
— А вы только, чисто, наличники?
— Нет, — говорю, — и дом конечно. Это тоже важно для истории: взаимодействие цвета и формы. Особенно в вашем случае.
— А знаете ещё есть фишка какая? Вот например дома можно по масти сориентировать… Реально по масти карточной. Есть дома бубновые… Вы тут за углом были же?
— Д-да… — неуверенно подтверждаю. И вспоминаю, что там на очельях были «пики».
— Там пиковый дом видели? — он уже замечает по моему лицу, что видел. — И бубновые есть, и червовые.
— А это что-то здесь значило? Имело смысл?

— Ну как… — Он озадаченно смотрит на меня, будто бы я спрашиваю очевидное, — ну люди все по масти делятся… В смысле это душа дома. То есть хозяин этого дома примерно такой масти должен быть. Потом конечно меняется, хозяева куда-то там деваются, дома продаются, но в основном там… если хозяин не этой масти, то он в этом доме не уживется…

— А этот дом какой?


Он вдруг молчит, смотрит сумрачно, а я начинаю подумывать, что может чего не то спросил. Но терять мне нечего, переспрашиваю:
— У вашего дома есть такая масть? Или это не у всех домов?

Тут он вдруг поворачивается на бок от меня на своем шезлонге и бурчит уже практически себе под нос:


— Ну я ничего не буду говорить. Ничего не буду говорить…

#ВПоискахНаличников #СаратовскаяОбласть #Хвалынск #ДомоваяРезьба #nalichniki #наличники #НиДняБезСтрочки

Три жизни

Деревянные дома со ставнями…— Сейчас все, слышь, торопятся очень, и не понимают… Раньше, слышь, как было, вот живет человек, зарабатывает, копит. Всю жизнь зарабатывают-зарабатывают, потом ну… другую жизнь живут, наслаждаются жизнью — ну не он, как бы, дети их. В третью, — ну там, если книги там посмотреть, ну там в истории… как было: «отцы и дети» вот это всё… как бы проматывают всё по молодости ещё и… Ну и по новой, по новому, как бы, кругу. Ну пральна я говорю? Чё, не так разве? Ну вот… 

Я вспоминаю какую-то (немецкую что ли?) пословицу, что каждое третье поколение ходит в деревянных башмаках, и киваю, хотя и не очень ещё понимаю к чему он ведёт. 

Мы «зацепились языками» когда я спрашивал адрес (хотел найти дом резчика, но его, судя по всему, уже перестроили), мужик же этот (довольно молодо, кстати, выглядящий, несмотря на свои, как он сказал, 64), выяснив, что я снимаю, чтобы сохранить историю в фотографиях, обрадовался, и принялся излагать: 

— Ну вот смотри, я пахал всю жизнь, ну там в деревне родился. Сейчас, слышь, дом вот, машина вот, ну там свя́зи, то-сё… Двоих детей… ну эта… как бы худо бедно, слышь, на ноги поставил. Мне дочка говорит: «Папк, тебе пятьдесят лет всё одно: работа-работа-работа, тебе отдых не нужен. А я пожить хочу». Так мне сосед говорит: «У них одно на уме только бы отдыхать, мы не такие были!» А я, слышь: «так мы за это и работали всю жизнь! Ну за это, за чтоб дети наши хоть пожили нормально, а не пахали как цýцики». Ну чё, не так что ли? Ну… Мы знали: сами́ поработаем, дети хоть поживут. Цель такая была, понимаешь? А теперь чего «они не такие…»? Чего ныть-то, вот это всё? 

Я киваю, понимая его. Вообще почти весь разговор я только и делаю, что киваю: он говорит и говорит, словно давно ждал, кому бы высказаться, а тут как раз я подвернулся. «Хотя — думаю я — может ведь и наоборот быть: там, где у нас пара слов и побежали дальше, тут всякий раз повод для разговора на два часа? Жизнь-то такая, размеренная». 

— Потом чего? — продолжает размышлять мой собеседник, которого я так до конца разговора и не спросил, как зовут. — Сосед ко мне приходит, говорит, внуки зае…ли: работать не хотят, на в игры только одни, слышь, на уме. Я тебе ему говорю: «Ну ты голову, слышь, говорю, включи! Чего ему всю жизнь, как тебе пахать?» ну чё, не так, что ль? У него есть всё! Мы голодные были, злые. А него есть всё! В город ехали, потом эта… кто куда в общем, ну вот это… я сам валил лес, шофёром до Байкала три года, потом  сварщиком, потом уже тут вот это всё. На стройке, ну. А ему чего? Ты подожди говорю, он ещё всё твоё добро прое…т, вот посмотришь… 

Он собирается с мыслями смотрит на землю, чертит веточкой там какие-то узоры. Мы сидим на лавке в теньке, меж двух домов. Я отвлекаясь (как это часто бывает, когда монолог затягивается) перебираю мысленно планы на завтра… 

— Слышь, я тебе расскажу, — концентрирует моё внимание собеседник. — Моей матери дед был этим… ну там старостой короче… сельским этим… Сам, короче, всё добился, слышь, уважаемый человек был, то-сё. А её отец был — мой дед — красным комиссаром, слышь. Вот чё судьба! А ты говоришь: «на в игры постоянно играет!» да ты спасибо скажи, что живой, вот чё! 

Он посмеивается, вспоминая, видно, разговор с соседом:

— я ему говорю: «ты не нервничай, слышь, говорю, может правнук у тя ещё народится, будет такой умный, как ты». Пральна же? Ну. «Ты только — говорю — не нервничай, а то ведь эта…  не доживёшь, слышь. А посмотреть-то на правнука, поди ж, охота…»… 

И через секунду ещё, подумав, добавляет:

— Ну а чё, не так что ль? Ну вот… 

  1. #ВпоискахНаличников #Хвалынск #СаратовскаяОбласть #ДеревянноеЗодчество #наличники #ДомЦеликом

Резьба на фоне кирпичей

Хвалынский деревянный дом с наличниками, обложенный кирпичом
…есть в предновогодней отправке сотен наличниковых календарей одна невероятно грустная деталь. Это возвраты.

Начиная с 20 января, когда проходит месяц с момента доставки на место, и еще дней пять на дорогу, календари начинают возвращаться в моё почтовое отделение.

Я забираю их себе, смотрю на растущую стопку (сейчас она метровой высоты) и грущу, потому что каждый пакет — чьё-то расстройство о том, что подарка кому-то любимому вовремя нет и негатив, причем в мой, весьма вероятно, адрес.

И ладно почта России: чего скрывать, они не всегда доставляют уведомления. И ладно электронная почта с трек-номерами: чего скрывать, электронные письма тоже попадают в спам, всяко бывает. Но доставка CDEK? Они же смс шлют, когда посылка приходит! Ну как после этого конверт возвращается мне со словами «истёк срок хранения»?! Не понимаю.

Причем больше всего их возвращается из Москвы! Это вообще уму непостижимо. И что с ними всеми делать дальше тоже непонятно: отправить повторно — нельзя, так как бюджет на отправку исчерпан первым разом, к тому же результат, возможно будет точно таким же; оставить как есть — тоже странно, хотя я к этому и склоняюсь…

PS На фото — редкое сочетание деревянных наличников на кирпичной стене из Хвалынска. Дом этот исторически деревянный, но обложен кирпичом.

#Хвалынск #СаратовскаяОбласть #Наличники #Nalichniki #ДомЦеликом #наличникисоставнями

СохранитьСохранить

Выглядывая из-за ёлок

Выглядывая из-за ёлок, успешной трудовой недели желают вам #наличники Хвалынска!

#Хвалынск #nalichniki #деревянноезодчество #домцеликом

Очень нас тупила…

Отвлечёмся немного от сбора средств на календарь: осень же на дворе!

Мне кажется, что всех людей можно разделить на три группы:

—кто совсем не любит осень — зиму им подавай, или лето на худой конец с весной;
— кто, напротив, любит осень — причём независимо от погоды, хоть бы и лило как из ведра все четыре месяца до Нового Года;
— и те, кто любит осень только если солнце ещё греет, и листья рябин-клёнов красно-желтые на синем-синем небе, и в воздухе пахнет переменами, и выходной, и под ногами шуршат летние воспоминания, а в голове опилки-да-да-да…

Вот я точно из последних. Верните, говорю я ленивым тучам, воду в море, там она уместнее! Но тучи — из предыдущей видно категории, да и как с ними спорить вообще: они же циничные насквозь — животом нам устраивают всю эту моросейку, а сами—то спинкой к солнышку…

Эх, надо было настойчивее быть в своё время и становиться лётчиком: рябин и клёнов над облаками конечно нет, но там хоть солнца через край…

PS На фото — #Балашов, #СаратовскаяОбласть.

PPS Календарь «#Наличники2018», доступен для бронирования по ссылке: https://planeta.ru/campaigns/kalendar_nalichniki_2018

#наличники #nalichniki #деревянноезодчество #русскаяархитектура #осень

Мам, ну чо?!

Поскольку столетних деревянных домов В Хвалынске пока еще довольно много, то , снимая наличники, невозможно не приговаривать «одну ягодку беру, на другую смотрю, третью примечаю, а четвертая мерещится». И все ягодки — одна другой краше, за уши не оттянешь)

Фотография называется «Мам, ну чо?!» :)

PS Я кстати сейчас в Тамбове, ступичный подшипник надеюсь заменить и дальше смогу ехать. Вот думаю в один небольшой город успею еще в этот раз. Как думаете, куда, в  Моршанск или в Кирсанов?
#nalichniki  #наличники #Хвалынск  #деревянноезодчество #домоваярезьба #window  #wooden  #architecture #archimasters #sojanelas  #oldrussianhouse  #oldhouse  #ornate  #wonderfulwindows #russianarchitecture #architecturephotography  #woodenarchitecture  #woodcarving #oldbuilding #thebest_windowsdoors  #houseportrait#russia  #архитектура  #порусски  #doorsandwindowsoftheworld  #world_doorsandwindows #windows_aroundtheworld #doorsandwindows  #doors_and_windows

Наличники 10 лет тому назад


Может я преувеличиваю значение этой даты, но 3 июля 2007-го года, ровно десять лет тому назад, я начал фотографировать наличники в Саратовском Энгельсе.

К вечеру их в коллекции уже было полсотни, а через две недели за спиной уже было шесть населённых пунктов из трёх областей.

Интересом в самом начале был именно цвет, а не форма: в Энгельсе не особо разнообразная резьба, но цвета встречаются весьма причудливые. Однако уже во втором городе (по моему это было Навашино Нижегородской области) стала понятна прерогатива формы.

С тех пор было много всякого: населённых пунктов было отснято 232, а домов — около тринадцати тысяч; земля успела десять раз обернуться вокруг солнца, а я — жениться, обзавестись двумя дочками и дважды поменять специализацию…

Но ни разу я не пожалел, что тогда, 3-го июля 2007-го года начал этот, самый длинный и (пока) самый интересный в своей жизни, фотопроект.

Спасибо Вселенной и Богу лично, что ни на минуту не заставят сомневаться, что у наличников (и Наличников) великое не только прошлое, но и будущее.

PS на фото Энгельс конечно же.

#nalichniki #наличники #энгельс #деревянноезодчество #домоваярезьба #window #wooden #architecture #archimasters #sojanelas #oldrussianhouse #oldhouse #ornate #wonderfulwindows #russianarchitecture #architecturephotography #woodenarchitecture #woodcarving #oldbuilding #thebest_windowsdoors #houseportrait#russia #архитектура #порусски #doorsandwindowsoftheworld #world_doorsandwindows #windows_aroundtheworld #doorsandwindows #doors_and_windows

Камера для наличников

Как и обещал, рассказываю про замокшие в Осташкове камеры. Хотя новости для утра пятницы не самые позитивные.

Одну (Canon 6D) частично восстановили: без экрана информации, но она ещё поработает. Вторую же (Canon 5D MkII) восстанавливать оказалось нецелесообразным — электроника накрылась вся.

Выводы изо всей этой истории с дождём такие: при большой влажности и определённой интенсивности осадков, камеру от порчи не спасает ни пакет с резинками, ни фирменный чехол против дождя. (На будущее я заказал чехлы с возможностью погружения в воду на 20 метров: от дождя они спасут от любого, покажу, когда придут).

Собирать материал для книги о наличниках с одной лишь камерой, которая к тому же дышит на ладан — большой риск, поэтому я прошу  помощи и поддержки у вас. Уверен, нас действительно настолько много, что по чуть-чуть и на камеру наберется. Вот ссылка на яндекс-кошелёк: http://yasobe.ru/na/kameru_dlya_nalichnikov 

Огромное спасибо всем и каждому, кто вносит свою лепту в продолжение работы нашего музея!!! Вы в буквальном смысле даёте ему жизнь! 

PS А фото — из Энгельса, города-прародителя нашего музея.

#nalichniki #наличники #Энгельс #деревянноезодчество #домоваярезьба