Жизнь в деревне

—…Это не в нашей деревне было, но я знаю. Пришли ночью, зашли, а женщина-то одна была. Она так напугалась и умерла.
— Прям сразу? — удивляюсь я.
— Да… Немного и умерла. Ей сказали «никуда не выходи», и стали наличники снимать. Спиливать-то, чтоб снимать-то. А она во двор, да там в окошко вылезла, да побежала. Побежала, ну и тут народ-то созвала. Дачники пришли с ружьем-то этих прогнали. А она так напугалась, так и умерла.
— А наличники в итоге всё равно сняли?

— Нет, не увезли, убежали. Потом вернулись, через неделю, когда она уже умерла и сняли… Одно окно только осталось, видно спугнул их кто-то всё же.

Мы находимся километрах в сорока от областного центра, города с миллионным населением. Асфальта до этой деревни нет, но она, судя по всему, и так пользуется популярностью:

— Многие сюда приезжают, всё фотографируют. Очень многие. Они и лазили везде и на потолки там лазили, всё чего-то искали вот так (Бабушка демонстрирует характерное движение вправо-влево палкой).

— А с металлоискателями! Что-нибудь старое искали! Палкой вправо-влево?

— А не знаю… Спрашивали где дома разрушенные были давно. Давно-о, ещё когда-то дома-то там были где, вот всё спрашивали. А потом еще приезжали два мужика, да женщина, говорили нам, что пенсию прибавят. Вот та-ак, да та-ак говорили.
— В смысле? Они зачем приезжали?
— Ну нас обманывают так. Вот собрание было. Вот сказали, что вот будет пенсия, то-сё, надо тут подписать и тут… Да не знаю… А мы развесили уши-то и слушаем. А вот эта наша едет на жигулях (показывает на соседний дом, хозяйка которого недавно отошла от нас), она в сельсовете работает. Она и говорит: вы чего уши развесили? Вас сейчас оболгают. А они так и продолжали: он всё читал, всё читал, грамотно всё читал, да прямо всё рассказывал мужик такой… Всё ничего не поменялось, как было, так и есть. Чего читал…


— Молодёжи тут нет совсем, да?
— Никого нет. У нас здесь нигде никого нет. Никакой молодежи. Никаких мужиков нет.
— Даже так?

— Никаких мужиков нет. Вот я вот, восемьдесять два года. Вон там вон старуха живет, ей восемдесять семь, восемьдесят восемь скоро будет. Всё. В Коптеве один на пенсии, он пьянчуга в Коптеве. В Карпове вот тоже.
— Так вы тут только вдвоём что ль постоянно живёте? — тут до меня доходит смысл предыдущей фразы.
— А во всех деревнях теперь так. Вот они приезжают, дачники, только на выходные. И всё.

#ВПоискахНаличников #nalichniki #НижегородскаяОбласть #ДеревянноеЗодчество #РусскаяАрхитектура #наличники #деревня

СохранитьСохранить

Spread the love

Будет-будет, даже не сомневайтесь)
Черкните мне электронку и я напишу когда готово будет ). Осталось 69 городов, а это до июля надеюсь. Ну там еще вёрстка конечно, но в общем уже недолго осталось)

Идею с книгой поддерживаю двумя руками. Эти истории, рассказанные практически незнакомому человеку, складываются в одну — нашу общую историю, причудливый узор человеческих жизней…

Ещё удивляюсь, как вам удаётся запоминать эти истории— написано очень живым языком, легко картинки видеть))

Спасибо.

Ксения Ткач спасибо вам за тёплые слова)

Насчёт того, что я запоминаю хорошо — я на самом деле очень плохо запоминаю, но это перестало быть проблемой с тех пор, как никого не удивляет постоянное присутствие смартфона в руке 😉

Сложнее с теми давними историями, о которых хочется рассказать, но которые относятся к тем временам, когда я ничего не записывал. Вот тут приходится вспоминать и реконструировать конечно.

Добавить комментарий