Крокодил не ловится, не растёт кокос…

Оконные наличники на деревянном доме в  снегу…В небольших городах не поймёшь, то ли люди из вежливости с тобой останавливаются поболтать на полчаса, то ли здесь на самом деле спешить некуда. На улице градусов минус десять: если не двигаешься коченеешь, поэтому мы оба пританцовываем, а женщина — лет шестьдесят может ей, или около того — ещё и прихлопывает большими чёрными варежками, словно разгоняя белых мух, засыпающих в те дни весь Костромской край…

— Я вообще деревянную архитектуру изучаю, — говорю.
— Так это… спрашивайте, я вам всё расскажу! — удивляет она меня своим радостным и бодрым ответом.
— О, раз так, а вы может знаете, почему у вас тут в снегопад крыши меняют?

Мы как раз стоим возле одного из таких домов, но и до этого я уже видел эту странную картину: рабочие, стоя в снегу по колено, перебирают стропила на крыше…

— Просто какие дома у них на учёте… Какие дома нашли, чтобы это… чтобы жилье не предоставлять в других домах, хороших… Вот якобы они еще простоят… сто лет…

Женщина улыбается искренне, открыто, чувствуется, что привыкла говорить как есть. Вообще я давно заметил, что к пенсии многие люди становятся как-то безбашеннее что ли? Терять может уже нечего?

— А что думаете, не простоят…
— Дак фундаменты-то валятся, в домах холодища-там… Топишь печку… Они считаются «отремонтировали»! А надо с фундаментов начинать. Ну крыши-то там текли все поголовно. Весь дом так это… сырой был, наверное сгнил уж…

«Ого! — замечаю, — она использует «наверное» — в значении «наверняка»! Сто лет такого не слышал… А может и вовсе не слышал никогда»…

— А тот дом, что с колоннами в центре, я смотрел, ему тоже крышу меняют, он как, жилой?
…— Да их надо бы совсем уже сносить бы, и людям вот жилье предоставлять, а они всё выкручиваются… местные власти наши…
— А мне кажется, хорошие еще дома… Вы считаете, их всё? Долой?
— Какие они хороше?! Это так кажется! — на этих словах тон её голоса вдруг резко взлетает, я прямо чувствую, что она даже помыслить не может о нормальной жизни в этих, пусть даже отремонтированных, домах. — Они уж… Лет шестьдесят-то стоят, если не больше… сто может…
— А люди, — уточняю, — которые в них живут, они тоже недовольны?
— А чего довольным-то? Воды нет в домах! Таскают всё с колонок, с колодцев. Чего это за безобразие? Это надо было воду здесь в Судиславле… (Я сама-то пять лет только здесь живу) …провести еще сто лет назад! И легче было бы…
— Почему тогда легче было чем сейчас?
— И дёшево и вообще выделялось денег море! Считался он город сначала, Судиславль. А потом жильё искали дочке… Ой… — женщина активно взмахивает варежками, словно имитируя классические причитания. — На второй этаж люди таскаются с дровами! Отопление печное.. Воды нет… С водой…

Негодуя, она перебивает сама себя и не замечая того, бросает незаконченными некоторые фразы, и это, неожиданно, очень добавляет разговору экспрессии, а мне — понимания её возбуждённого состояния: мол тут много чего можно бы ещё сказать, но незачем же перечислять всё!


— Туалет на улице… — продолжает она, — туалетов вообще-то нет, это надо всё самим строить… Это кошмар, а не город…
— Слушайте, а я здесь видел такой деревянный дом, у которого туалет сзади пристроен, прямо на второй этаж. Это часто такая история, чтоб туалет был в деревянном доме двухэтажный?

Ещё за год до этого, я был уверен, что пристроенные к домам двухэтажные деревянные туалеты только в Томске и встречаются: верно не обращал внимания… Они вообще устроены довольно просто: две шахты разделенные вертикальной стенкой над одной выгребной ямой. Первый этаж ближе, второй дальше на пару шагов. Но поди ж сыщи их!

— Да это редко, — она смеется. — Есть такое, только он всё равно холодный… Они вон все на улицах, вон! В сарайках всяких, бегают люди… Ну чё это? Город называется!
— А как там внутри сделано, я просто внутри не был… — я всё про свои деревянные двухэтажные…
— Так зайдите, посмотрите…
— А так можно разве? Как я зайду?
— Дак а почему? Люди-то пустят вас и покажут всё!

Женщина крутится в стороны, будто бы оглядывая и вместе с тем показывая мне город, и словно сама себе удивляется:
— Во нажились на людях правители наши местные! О, я удивляюсь… Вот в Первушине… По дороге отворотка там пять кило́метров… и то воду провели в дома!

— А Первушино это село?
— Посёлок лесной. Дальше ещё Свозово, животноводческий раньше был. Там как построили комплекс, так у людей сразу вода была! Постоянно. А Первушинские тоже там немного проэто… прокакали… Не захотел тот самый… Денежки себе намыл… А потом-то всё-таки провели и красота! Прямо у людей вода хоть в доме! С колодца не натаскаешь.
— А здесь, неужели ни у кого нет?

Я искренне удивляюсь, потому что Судиславль, за счёт сохранившейся в центре своей каменной архитектуры, производит впечатления, пусть и старого, но всё же настоящего, добротного города. Да чего, тут даже светофор есть!

— Кто хотел, за свои деньги скважину делали. Вот мы так скважину сделали, потому что я пошла в администрацию… Да и зачем к вот этой сети? Оно постоянно там трубы рвёт, всё прочее… И там, — она вдруг переходит на официальный тон, видимо сотрудника администрации, — «надо через дорогу будет вести, это вам очень дорого встанет!»… Трубы рвёт, люди без воды сидят, школы без воды сидят, всё прочее… И надо через дорогу вести: «Вам очень дорого встанет!»…

Женщина качает головой и разводит руками, не задавая мне даже немого вопроса, понимая конечно, что я, равно как и она, никак на это повлиять не могу…

— А колодец свой сделать, сколько вышло, если не секрет?
— Скважина у нас пятнадцать с половиной метров, ну тысячи двадцать две-то наверное есть… Ну вот… Кре́дит брали. А воду провели, и газ мы сразу первые поставили… Сами же платили, без всяких скидок без всего… И вот воду и газ, провели, теперь у нас унитаз дома и ванная… все удобства.. Но это всё за личные деньги. Полмиллиона наверное ушло… В кредитах… Только недавно расплатились. Так это мы вдвоём в кре́диты залезли, потом только выплачивали все пенсии за кре́диты. А если человек один, да старенький? Да на втором этаже вот? — она кивает на двухэтажный дом, возле которого мы стоим. — Это с дровами таскаться, с водой… Это я не знаю… И газ не проводят толком… Хотели в Судиславль провести, потом дальше тянуть через год. А уже пять лет прошло и никуда никто не чешется проводить. Вот там в Первушине давно ждут газа, давно… Дрова сейчас вообще… Двенадцать тысяч фишка!
— Машина? — не пойму я. — Фишка это что?
— Ну… С манипулятором машина… Лесовозная… С кониками. Она себя грузит, потом везёт и разгружает себя… Двенадцать тысяч. А пенсия пенсионеров восемь! Дак их надо распилить, расколоть, уложить… Это ещё сколько, посчитайте… Сколько её пенсии уйдёт… А газ ведь моментом провели бы… Я не знаю в чём дело-то… Всё наша администрация наверное… Они ничего не хотят, они только в газетах фотографируются, там вручают дипломы, грамоты там ребятишкам, праздники справляют… Фотографируются с людьми там… Всё, больше ничего не делается тут… Не пошевелятся, чтоб людям воду провести хоть домой… Не… это… это бесполезно, никто не проведет, проводите сами.

— Ну как ничего не делают, — пытаюсь быстро найти плюсы я, —  вон снег-то убран же!

Это правда: дорога расчищена до льда, и её от узкой тропки тротуара отделяет внушительных размеров сугроб.

— Ну гребут дорогу центральную, — нехотя признаёт она. — Вот видите, аж скоро на тротуар полезет. Потом потоп будет! Весной тут вовсе не пройти людям не по дороге… По дороге, дай бог менты, они штрафуют: «Нельзя ходить!», а здесь лужи, хоть сапоги носи болотные… В общем посёлок очень нехороший… Ничего в администрации не работает. Ни-че-го… Я сама из Первушина, у нас там и то культурнее… Намного лучше…
— А Первушино более молодой поселок?
— Да какое! Это вообще леспромхозный участок был, раньше там вообще всё хорошо было, а теперь чё… Наверное триста человек осталось, может четыреста… Но тем не менее люди живут и хорошо…
— Он такой, деревенского типа, каменных домов там и нет?
— Два магазина только… — смеётся. — Тоже там тракторишко нанимают разгребать снег… Тоже за денежки, но немного уходит-то. Зато чистота, красота. А тут вообще полна безобразия! Не нравится мне…
— Ну может со временем, — тихо говорю, — может чего-то исправится…
— Да полно хоть, чего исправится! Был один этот… Бывший этот глава администрации, теперь сменилось руководство… А всё одно…

#ВПоискахНаличников #НиДняБезСтрочки #КостромскаяОбласть #Судиславль #ДомоваяРезьба #nalichniki #наличники #инстаграмчитать #деревяннаяАрхитектура #Книжка #Книжки #Чтиво #Чтение #Читаю #ЯЧитаю #ЛюблюЧитать #русскаяархитектура #фотодляроссии #резьбаподереву #woodenhouse

Автор: ivan_hafizov

Основатель виртуального музея резных наличников

  • https://www.facebook.com/1416960638320952 Marina Markova

    Как в жару это радует глаз

  • https://www.facebook.com/10212534034691898 Inna Ilmuratova

    Какая гамма!

    • https://www.facebook.com/1724159917628056 Анатолий Баркевич

      и заборчик — клавиши рояля )))